«И трепетно, и возвышенно…»
Талант – это как похоть: трудно
утаить, ещё труднее симулировать
Сергей Довлатов
Эта экспозиция – явление действительно нечастое, потому что встретить на групповой выставке с двумя почти десятками участников такое число по-настоящему талантливых разнотемных и разностильных работ редкость невероятная. И довлатовский афоризм, как говорится, – в яблочко. А то, что таким, Божьим даром отмеченным художникам удалось объединиться, соединиться, стать не просто случайной, временно возникшей группой, а ярким, уверенно заявившим о себе, постоянно растущим и не затерявшимся в гигантском Нью-Йорке художественным объединением – это уже промысел небес. Мы все знаем имя замечательного этого содружества: Гильдия еврейских мастеров. И ещё знаем, что первой открыла для общественности и рассказала о выставках интереснейших работ гильдийцев – и живописцев, и мастеров прикладного искусства – газета «Русский Базар».
Сложно ли говорить не о каждой, естественно выставке (их за десяток с лишним лет было множество), но о самых значительных, так или иначе чреватых повторением ряда имён? В данном случае нет. Потому что каждая из них подаётся как премьера! И обуславливается такой именно премьерный показ тем, прежде всего, что ветераны-гильдийцы, они же и создатели гильдии – её президент Илья Натанзон, Леонид Алавердов, Исаак Вайншельбойм, Рудольф Розенблюм, чьи имена вроде бы должны были примелькаться, (но, напротив, работы их с волнением знатоками искусства ожидаемы), всякий раз удивляют взрывчатой новизной, какими-то чуть ли не тотальными переменами в стилистике, технике, тематике своих произведений. Они, аксакалы, непрестанно в хороводе творческих исканий, они будто наращивают свой талант, расширяют горизонты видения, обогащают палитру. И вот ещё одно обстоятельство архиважное (вы уж простите меня за украденное у Ильича Первого словечко): Гильдия непрестанно в динамике. Авторитет её растёт. В строй становятся художники молодые, ищущие, а среди них немало одарённых.
Итак, снова премьера. Её организатор и куратор – совсем недавно избранный невероятно энергичный новый президент Гильдии даровитый и оригинальный скульптор Евгения Розенцвит. На этот раз представлены живопись и графика. Отобраны лучшие работы. Ну, что ж. Начнём, пожалуй. И начнём с той галереи портретов, которыми удивил и соратников, и публику Рудольф Розенблюм. Удивил? Нет, изумил! Его портреты я уже однажды, не поверив глазам своим, видела, поразившись вновь открытому, с привычным талантом виртуозного чеканщика не согласующемуся дару портретиста-психолога. Но сейчас потрясена была вдвойне: в труднейшей технике пастели как-то по-новому высвеченные лица Шолом-Алейхема и Любавичского Ребе, мудрого Тевье и Соломона Михоэлса (эти два графических портрета – в карандаше) и дивный, глубочайше аналитичный портрет углем великой грузинской актрисы Верико Анджапаридзе. Мы видим не просто артистку, перед нами Личность.
Да, эти художники – и Розенблюм, и Вайншельбойм, давно перешагнувшие пугающую многих отметку 80, – не из тех, кто «день ото дня влачится мелким шагом», как с горькой иронией сказал Шекспир. Они деятельные, думающие творцы. Вот у Исаака Вайншельбойма абсолютно новый для него образ – «Храм на Нерли», как и шедевр Левитана, заставляющий познать «меру горя и счастья», но на гениальный левитановский пейзаж ничуть и нисколько не похожий: иная композиция, иной образный строй. Будто в белве одежды облачённый, возносящийся к небесам храм, возносит и зрителя. И ещё одну невероятную по выразительности и накалу трагедийности картину дарит нам мастер: портрет узницы гетто – обречённой, с иссохшими руками, с глазами, в которых уже и отчаянию не осталось места.
Ася Оранская, живописец и поэт, тоже из когорты ветеранов. «Но утро вероломное врывается в мой сон»: из её полотен одно впечатляет особенно – старое, давно растерявшее листву дерево. Спасти путника от палящего солнца ему уже не под силу, над ним, графически чётко выписанным, «неба стиранная бязь», но оно в бурях выстояло! Дай Бог нам всем.
Вторая гильдийская волна: добавилось добрых пара десятков пишущей, рисующей, мастерящей братии. Кто-то откололся, кто-то не сумел о себе заявить, остались самые-самые. Они сегодня здесь, на выставке. У Александра Шабатинаса факт рождает эмоциональный опыт. Тусклые и тревожные лица, которые всё чаще видим мы на улицах, наблюдаемая разваливающаяся реальность дают художнику возможность укрупнённо увидеть, масштабно охватить и перенести на полотно своё понимание действительности, о которой кто-то сказал, что она худшая из галюцинаций. Вот у Шабатинаса и проявились резкая смена настроений: лицо и руки милой, желанной – в трещинах, в синих глазах не ожидание любви, а гнев.
Евгений Тоневицкий тоже нов. Отступив (надеюсь, лишь на время) от мощно увлекающей зрителя живописной оды женщине, он показал нам графику, в которой отточенность линий и усложнённая композиция не маскируют, а проявляют глубокий философский смысл каждого рисунка: «Борьба за жизнь» (не это ли и есть содержание в абсолюте нашего бытия?) «Тайные мысли» и «Неотправленное письмо»: может, это и есть то мысленное, затаённое, что я, ты, каждый из нас, адресует самому себе, но даже сам прочесть боится?
К чудному поэтическому пейзажу Эсфири Разиной я, как говорится, прикипела душой: мой Киев, мой город, прекрасней которого нет на всём белом свете. Вот новый Ботанический сад с непередаваемой роскошью сирени. Раскинулся он над древним златоглавым Выдубецким монастырём. Приказал князь Владимир капище Перуна разрушить, а деревянный истукан бросить в Днепр. И бежали киевляне вслед за виднеющимся сквозь воды идолом и кричали: «Перуне, Перуне! Выдубни! И он послушался, выдубнул, вынырнул т.е., вытащили его и стали поклоняться, но князь прознал, велел сжечь, а на месте том заложить монастырь. Вот и в живописи Разиной «выдубнул» любимый мой Киев с его садами и храмами.
Каждое новое полотно Гульнары Циклаури в художественной жизни Гильдии – событие. Потому, что её сюрреалистическая живопись всегда, как в первородном сюрреализме, – вид на события сегодняшние и оценка их как бы сверху. Порой с отсылом к другой эпохе. Трансформацией в вечность, в трагическую героику евангельских времён. Как в новом, на этой выставке экспонирующемся холсте. «Тайная вечеря», где так и не снятый со креста Спаситель с ужасом глядит на все заповеди нарушающее и разрушающее человечество и провидит нечто ещё более страшное. Иуде расстаться с 30-ю серебренниками не пришлось, кошель стал ещё более тугим, а сатана, усевшийся за пасхальный стол, правит бал. Разве не картина нашего мира? Преподать которую помогло философское, композиционное и колористическое решение картины.
Юрия Тарлера (представитель волны последующей, лучшие художники которой тоже здесь) я знаю как очень интересного мыслящего сюрреалиста. Но и реалиста тоже. Вглядишься в его превосходную акварель «Рим», и кажется, что побывал в вечном городе. Ещё одна дивная акварель – летящие, парящие, словно прорывающиеся сквозь морозную завесу берёзки Марины Фалькович. Имя для меня новое, уверена – многообещающее… Яркий, красками и эмоциями насыщенный осенний пейзаж Инны Будовской… Акварель-поэма Людмилы Лейбович: завеса дождя, тоскующая аллея и блоковская дама под зонтом…
Порадовала и, признаюсь, удивила Зинаида Келебеева, представив очень разные, но одинаково талантливые работы: в портрете малышки – незамутнённый образ детства; хорош, очень хорош «Самовар»; но по-настоящему поразил своим особым настроением, аксонометрической композицией и шарденовской палитрой замечательный натюрморт Келебеевой. А о выразительнейшей колористике, эмоциональности, музыкальности чувств и красок в осеннем тетраптихе Ирины Дзевел и говорить не приходится. «Листья облетают кружевом воздушным, тронутые тихим ласковым загаром…» Это снова стихотворная строка Оранской. И в заглавие тоже вынесены слова из её стихов.
Примечательно в этой выставке не только редкостная многоталантливость экспозиции, но и то, что происходит всё это художественное пиршество на Бродвее, в холле и в выставочном зале популярного и востребованного и в Нью-Йорке, и за его пределами колледжа АSА. Программы этого колледжа нацелены на то, чтобы выпускники его стали не только хорошими грамотными специалистами, но, непременно, людьми интеллигентными. Оттого и решило руководство ВУЗ’а дать студентам возможность приобщиться к искусству прямо в стенах колледжа. Что осуществлено в манхэттенском отделении АSА (всего в колледже 4 отделения, в том числе – в Бруклине, и обучается 6000 студентов!) А соорганизатором выставки стала координатор институтского отдела по связям с общественностью Фатима Мукимова, человек дельный, но самое главное – увлечённый искусством как важно его влияние на становление молодёжи.
Друзья! Выставку эту стоит и нужно посетить. Адрес: 1293 Broadway (угол 34 Street). Поезда метро B, D, N, R, Q до остановки «34 Street».
Маргарита Шкляревская
]]>
